Вопрос нового знакомого «А чем ты вообще интересуешься?» всегда ставит меня в тупик. Разве можно перечислить вещи, которыми интересуешься, если все, что делаешь в жизни, делаешь из любопытства и потому что все интересно? Все, что мы делаем, мы когда-то делали в первый раз, а первый раз — это всегда любопытно. В раннем детстве у ребенка единственная потребность, за исключением витальных, — потребность удовлетворить интерес. С возрастом мало что меняется. Скажите, ваш первый поцелуй случился из-за того, что вас охватило большое и светлое чувство? Чувство, может, и было, а может, и не было, но руководило вами желание узнать, каково это — прикосновение чужих губ. В институт вы поступили, чтобы получить профессию, которую вы выбрали потому, что она вам интересна, вам любопытно ковыряться в компьютерном обеспечении, финансовых отчетах, статьях Земельного кодекса. Новая должность на работе — это новые ощущения, повышение по службе — повышение заработной платы, а деньги — это средство удовлетворения интереса. За деньги можно узнать, какого цвета закат над Большим Каньоном, каков на ощупь песок острова Бали, что такое ездить на автомобиле, под капотом которого пять сотен лошадиных сил. Из любопытства вы вступите в брак, если до сих пор этого не сделали: это же чертовски интересно ощутить себя семейным человеком. Когда интерес угасает, места для любопытства не остается — все пройдено, все испробовано в этой семейной жизни. Скучно. Но некоторым счастливчикам вдвоем интересно на протяжении многих лет, такие браки заключаются на небесах. Безумно интересно почувствовать себя родителем, ощутить, что дал кому-то жизнь — отсюда берутся дети.

Если перейти от частного к общему, то окажется, что прогресс — следствие любопытства. За счет него движется наука, а вовсе не за счет тщеславия ученых. Ведь когда Галилей швырял с высоты свои ядра разного размера, наука как институт еще не оформилась, а у непросвещенных окружающих его опыты восхищения не вызывали. Галилею просто было любопытно, зависит ли скорость падения ядра от его размеров. На мой взгляд, власть —

сомнительная ценность, которой интересно обладать. Во-первых, интересно само ощущение могущества, во-вторых, могущество означает доступ к различным ресурсам, а ресурсы — это опять же средства удовлетворения любопытства. И если к ощущению могущества человек рано или поздно теряет интерес, потому как оно перестает быть для него чем-то новым, то доступ к ресурсам ему вряд ли надоест. Поэтому мало кто добровольно отказывается от власти, хотя потерять ее — тоже, согласитесь, любопытный опыт.