Весна этого года была омрачена печальным известием: в апреле мы потеряли одного из самых недопонятых великих мировых кинорежиссеров последних двадцати лет — Квентина Тарантино.

Режиссер Квентин Тарантино родился в 1985 году в возрасте 22-х лет в видеопрокате «Манхэттен Бич» на побережье Калифорнии, США. Еще в ранней юности у него проявилась склонность к увлечению массовой культурой и жанрами, которые причисляют к низким, — фильмами категории «B» и бульварной литературой. Творческий гений Тарантино легко и остроумно перемалывал штампы и переосмысливал образы из фильмов и литературы предыдущих десятилетий, превращая их в кино, за которое дают «Оскар» и Золотую пальмовую ветвь Каннского кинофестиваля. Криминальные авторитеты, промышляющие наркоторговлей и подкупающие боксеров ради победы в тотализаторе, мастера кун-фу, в одиночку противостоящие сотням врагов, зомби и вампиры, атакующие добропорядочные семьи американских пасторов…

Последний фильм Квентина Тарантино «Доказательство смерти» развивал творческие идеи режиссера, накопленные им в предыдущие годы. В ходе работы над новой кинокартиной режиссера вдохновляли фильмы 1970-х, посвященные шикарным автомобилям и безжалостным серийным маньякам, пачками убивающим виктимных красоток. «Доказательство смерти» с Куртом Расселом в главной роли бережно воспроизводит все приметы стиля этих фильмов, начиная от сюжета, в общих чертах повторяющего все фильмы жанра сразу, и заканчивая потертостями пленки, специально состаренной и отсылающей зрителя к той эпохе. Трагическое стечение обстоятельств привело к печальной развязке: режиссер Квентин Тарантино окончательно заплутал между экраном и жизнью, а проект «Грайндхаус», в который входило «Доказательство смерти», так пока и не нашел своего зрителя и в апреле провалился в американском прокате.

Квентин Тарантино был гением, который предпочел не писать собственную историю кино, а искать для зрителей жемчужины в списанном в архив киношлаке. В то время как режиссеры Сэм Рейми и Питер Джексон, начинавшие как создатели трэш-кино про зомби и летающие тарелки, стали, сохранив свой творческий метод, постановщиками зрелищных «Человека-паука» и «Властелина колец», Квентин Тарантино предпочел играть в кино, а не делать его; переставлять с места на место чужие образы, а не придумывать с нуля свои. Массовая аудитория едва ли готова понять глубину, тонкость и изящество этой игры, а киноманов, способных оценить ее по достоинству, даже в мировом масштабе наберется не так уж много.