ФОРУМАРХИВРАСПРОСТРАНЕНИЕНОВОСТИRE:ДАКЦИЯRE:КЛАМОДАТЕЛЯМКОНТАКТЫ
 




Сделать стартовой
И еще...
Родина-мать зовет рябчика на дудку
Осенний призыв-2006 станет последним призывом на два года. Какие последствия и для кого будет иметь сокращение срока службы с 1 января 2007? подробнее »
День защиты от животных
А пока, в преддверии дня защиты животных, мы просто беседуем. О шоу-бизнесе, творческом пути, Валерии Меладзе, группе «Би-2», ну и, конечно, о музыке, том самом «животном джазе». подробнее »
Покажи рот как ты это делаешь?
Все началось с раздолбанной шипучей кассеты, лет восемь назад. Среди маргинальной дребедени затесалась трагическая песня «Стежки-дорожки». подробнее »
Будем как все?
Россия, еще лет 20 назад славившаяся лучшей в мире системой образования, вынуждена сегодня подгонять свою образовательную модель под европейские стандарты, изложенные в подробнее »
Поиск или жизнь
Нет ничего важнее, чем поиск Русского Пути. Этим поиском мы заняты вот уже не одну сотню лет. Всех концепций на тему «Как нам обустроить Россию» не перечесть. подробнее »

Главная » Архив » Номер 12 » Как в Берлине сломали еще одну стенку, которая ходила на стенку
Как в Берлине сломали еще одну стенку, которая ходила на стенку
Номер: №12, "Правила пользования планетой Земля"
(20 мая 2005 — 29 мая 2005)

Рубрика: Обоняние
Тема: Горькая утрата
От: Влад Тупикин


Этой весной должна была сбыться моя «мечта идиота» – я оказался в Берлине 1-го мая. Берлинская Первомайская демонстрация для политического журналиста – это почти как «Вудсток» для хиппи или чемпионат мира для футбольного фаната. Только настоящий «Вудсток» был один раз, чемпионаты мира случаются раз в четыре года, а берлинский Первомай – каждый год. Возможно, именно поэтому я все время откладывал поездку в Берлин на 1-е мая. Думал: «Успеется, ну куда спешить?»
А оказалось – поезд ушел. Не тот уже берлинский Первомай. Настоящее крушение мифа и смена эпох.
 
Немного истории
На протяжении многих лет Берлин был такой же «Меккой» революционеров и нонконформистов, какой для нынешних модников является Лондон. Еще до падения стены основная протестная каша всегда заваривалась в Кройцберге – самом непрестижном, бедном и социально неблагополучном районе Западного Берлина, – в маленьком анклаве капитализма, со всех сторон окруженном Социалистической Германской Демократической Республикой.
Именно здесь из-за нехватки дешевых квартир и при обилии пустующего жилого фонда, на аренду которого у жителей района просто не было денег, начались в 70-80-е массовые захваты жилья (сквотирование). Именно в Кройцберге жители создали для своих детей небольшой общественный зоопарк, не с экзотическими, а вполне обычными деревенскими животными: лошадьми, свиньями, овцами, курами и гусями. Чтобы дети учили соответствующие слова не только по букварям.
Именно тут в 1988 году ребята 1-го мая настолько разбушевались, что спалили дотла настоящий универмаг возле ветки метро U1. Место пепелища, конечно, давно расчищено от обломков, но по-прежнему пустует. Говорят, хозяева побаиваются строить тут новый магазин: а ну как ребята снова захотят разбушеваться?
 
Немного традиции
В Берлине Первое мая всегда выходной, как и у нас. Но народ не разъезжается на дачи, боясь пропустить самое интересное: «фестиваль» с битьем витрин, камнеметанием, беготней наперегонки с полицией и поджогами под названием «Революционная первомайская демонстрация».
Все всегда происходило примерно так. С утра и днем в Берлине случались несколько спокойных демонстраций левых и иногда одна неспокойная фашистская (суд разрешал ее не каждый год). Фашистам всегда собирались навешать вдвое-втрое-впятеро больше леваков, а полиция фашиков защищала. Неизбежно происходили стычки. Но это была только разминка.
Вечером все съезжались в Кройцберг, убирали велики и тачки с театра предстоящих немирных действий, хозяева лавок закрывали витрины щитами и где-нибудь после шести, не торопясь, начинали.
Часам к восьми вечера где-то уже пылало, камни летали, ребята бегали, полиция догоняла, газ душил, сирены гудели. Шум и гам на весь город!
Постепенно полиция тоже как-то приучилась ждать первомайского фестиваля и, если ребята долго не раскочегаривались, переодетые полицейские в штатском уже сами кидали первые камни, потому что – ну не до полуночи же на улице работать?
Я не верил: ну как это, прямо вот переодетые? И мне показали: смотри, вот эти, эти и вот в той машине, приглядись. Я пригляделся: действительно, никем другим они быть не могли.
 

Немного облома

Но камни в этом году так и не полетели.
Почему? Возможно, потому, что власть предержащие, наконец, доперли, что если традиционный первомайский кройцбергский фестиваль будет происходить каждый год, то никаких сторонних инвестиций Кройцбергу не видать (ведь Берлин – город-банкрот. В это не верится, но это правда: недавно тут смещали бургомистра и вводили внешнее управление).
А может, просто поколение сменилось: старые участники боев успокоились и теперь выступали в роли умудренных наблюдателей, болельщиков, пришедших посмотреть, как резвится молодежь.
А молодежь вот че-то не сорганизовалась.
Начиналось все вроде многообещающе. Суд запретил «революционную демонстрацию». Но когда она все же началась, оказалось, что власти не преследуют ее, не ставят заслонов и даже не сопровождают полицией.
Тогда «революционная демонстрация» решила походить по улицам, зацепить зевак для создания критической массы. Походили, но масса (тысячи три народу) оказалась совсем некритическая.
В последующие часов шесть-семь, до полуночи и позже, почти весь погромо-опасный Кройцберг представлял собою настоящий фестиваль, но совсем не революционного рода: на каждом углу группы играли панк-рок или читали рэп, или играли вальсы, или играли на турецких народных инструментах восточную музыку, или снова читали рэп, и снова рэп...
Правда, слушали и пританцовывали как-то не очень четко, вполуха. Потому что все ждали настоящего фестиваля – того самого. Ждала его и полиция: отряды бронированных «робокопов» голов по 20 жались спинами друг к другу, как будто готовились к настоящему нападению, фотографировали праздную толпу вокруг.
Да, были «мелкие» задержания, «мелкие» тычки дубьем и «мелким» газом. Модникам, приехавшим специально посмотреть на кройцбергский Первомай, наверное, хватило.
Мы с женой и ее подругой нашли себе столик в самой гуще. Сидели, пили кофе и ждали, что начнется.
А ничего не началось. Обещанного традиционного фестиваля не случилось. Случилось так, что главным действием на этот раз стало уже само ожидание фестиваля.
Эх, времена наши постмодернистские! И в Берлине вы взяли свое! Где вы, прославленные берлинские стритфайтеры из прошлогодних телерепортажей? Куда же теперь ехать за зрелищем революции?
 
Кройцберг как колыбель демонстрации
В 1961 году Восточный и Западный Берлин разделила стена. Так район Кройцберг (Крестовая гора) оказался в непрестижном углу западного сектора. Здесь начали селиться наименее обеспеченные: турецкие рабочие-иммигранты с семьями, вечно безденежная богема, молодежь, скрывающаяся от армейского призыва, панки и многие прочие в том же духе. Именно сюда к концу 70-х окончательно перемещается из Шарлоттенбурга и главный очаг западноберлинского протестного движения. Именно здесь проходят, либо отсюда стартуют знаменитые берлинские первомайские демонстрации, на которых родился стиль, много лет спустя перенятый «антиглобалистами». После падения стены в 1989-м непрестижный бунтарский Кройцберг вдруг оказывается почти в самом центре новой германской столицы. Все усилия городских властей направлены теперь на помощь в его освоении богатыми. Старые кройцбергчане сопротивляются, как могут.
 
Русские в Берлине
Сегодня русские в Берлине не очень видны, не то, что лет 80 назад, когда из-за наплыва русских иммигрантов район их компактного проживания Шарлоттенбург стали в шутку называть Шарлоттенградом. Даже автомат по продаже билетов в метро, «говорящий» на семи языках, не знает русского, хотя русские – четвертая по численности языковая община Берлина (после немцев, турок и поляков). Возможно потому, что русские себя политически не проявляют, не борются за свои права. Инфраструктура у них пожиже, чем у тех же турок и поляков. Мало русских продуктовых и книжных магазинов, русских клубов (почти все нелегальные) и не так чтобы много театров и газет.
У немцев русские ассоциируются с русской мафией и дискотекой Russen Disko, в которой диджействовал Владимир Каминер: ставил Кикабидзе, Пугачеву и Юрия Антонова. Потом вдруг издал несколько написанных по-немецки книг с историями про иммигрантов, с армейскими байками советских времен и стал суперзвездой, самым знаменитым среди немцев иммигрантом в Берлине. Никто из берлинских русских к его успеху пока что не приблизился даже близко.

Всего оценок: 1, средний балл: 0
» Комментарии

← Предыдущая статья Вернуться к содержанию Следующая статья →
Статьи автора:
» Настя Каримова, aka karisha777: «Я не хочу, чтобы за меня кто-то решал»
» «Антикапитализм» не пройдет. То есть пройдет, как всегда
» Ответ за «сволочей»
» Заплати налоги и учись на «отлично»
» Земфира на просвет

Статьи рубрики:
» Экспроприация привычных слов
» Козленок должен стать травоядным?
» О русском языке
» Лягушонок-кандидат
» Комдемольцы, шаг вперед!




Оставить комментарий:
Ник:
E-mail:
Введите код, который вы видите на картинке:



Поиск
Rambler's Top100 © "RE:АКЦИЯ". Свидетельство о регистрации ПИ № ФС77-19561 от 11.02.2005
При перепечатке материалов ссылка на reakcia.ru обязательна
Создание сайта - alsd.ru