Кася родилась в феврале. Через два дня после дедушкиной премии. На следующий после торжественного водворения в кухне нового буфета. Касю принесли в прозрачной коробке из магазина «Лейпциг». Она стоически улыбалась: у дедушки иней в бороде, а ты тут в одних панталонах, глупенькая...

Иностранку завернули в шерстяной платок и поставили ей градусник. Та благодарно моргнула шелковыми (не пластмассовыми, слышите!) ресницами и на чистом русском заявила, что предпочитает спать у стенки, хотя готова уступить мне большую часть подушки. В общем, мы подружились.

Кася оказалась в доску своей: она ела суп из сорняков, пила водку, которую дедушка прятал в кирзовом сапоге, и владела монополией на шприцы, остававшиеся после бабушкиной медсестры. К ней всегда стояла очередь из игрушек, желающих сделать укол. Все прочили ей медицинскую карьеру, но Кася предпочла влюбиться.

Ее избранником стал резиновый пупс, которого я выменяла в детском саду на папино обручальное кольцо. Кася выкрасила губы перламутровым лаком для ногтей, и пупсу не оставалось ничего другого, кроме как ответить взаимностью. Роман был скоропостижным. Вскоре после обнаружения пропажи пупса пришлось вернуть. Кася отчаянно тосковала и с горя отдала свое сердце Карлсону. Тот хоть и без пропеллера, зато веселый был.

Моя Каська, она была отличная, понимаете…

Когда в Армении случилось землетрясение, и детей заставляли отдавать игрушки в гуманитарную помощь, Кася сама вызвалась ехать. Она верила, что одна-единственная любимая кукла способна спасти мир. Или хотя бы его часть. Она многому верила, моя Кася. Хорошим сказкам, например, или мальчику Самоделову, который просил открыть рот, закрыть глаза и каждый раз кормил одуванчиковым пухом. Верила, что добро побеждает зло, а жизнь похожа на череду дней рождений со сладостями и подарками. Говорю же, она была отличная.

Три года назад моя подруга Женя навсегда уезжала в Германию. Я помогала ей собираться. В груде вещей я обнаружила безобразную куклу советского образца, явного кандидата на помойку. Но Женька подобрала уродца, пригладила рыжие колтуны и заявила, что кукла поедет с ней.

Итак, она уезжала в чужую страну, бросив дом, маму, скрипку, полное собрание сочинений Пушкина, большую несчастную любовь, маленькую счастливую, те самые русские березки… меня, в конце концов. Она взяла с собой куклу с закатившимися глазами — безумное порождение гонки вооружений и плановой экономики. Она взяла ее. Чтобы помнить, что где-то остался мир, большой и добрый, полный хороших сказок и чудаковатых идей, в нем все еще живы бабушки и дедушки, родители здоровы и молоды, а верность пластмассовых голышей имеет ценность большую, чем золото. Взрослым тоже надо во что-то верить. Они ведь как дети, только чуть хуже. А куклы — тоже люди или даже немножко лучше…

 

 

 

Создатель Масяни, питерский художник Олег Куваев покидает студию «Мульт.ру», где он занимал должность арт-директора. Сам он не комментирует причины расставания со студией, ограничиваясь словами «так получилось», но говорит, что совершенно не расстроен своим уходом. По его словам, теперь он, возможно, снова займется живописью. Мультсериалы «Масяня» и «Магазинчик Бо», производством которых занималась «Мульт.ру», продолжат выходить до конца года.