С момента рождения каждый человек может быть абсолютно уверен только в одном: однажды он умрет. Это — единственная гарантия. И она неприятна. Поэтому главной мечтой человечества всегда было бессмертие. Самой отчаянной, самой безнадежной. С телом все обстоит сложно, но уж душа — кажется нам — точно должна быть вечной.
Недавно все стало меняться. Впервые за десятки тысяч лет существования человечества у нас, похоже, появился шанс. Призрачный, но все же. Есть о чем серьезно порассуждать, помечтать вслух.
О том, как именно можно продлить жизнь. На каких именно бессмертных мы хотим быть похожими. Что получится, если все желающие смогут жить сколь угодно долго.
Подумать только. Если нам не нужно будет умирать, можно расслабиться, не надо беспокоиться о будущем особо. Деньги рано или поздно накопятся, карьера уж через пару веков попыток-то точно устроится. Личная жизнь наладится: к твоим услугам все шесть миллиардов попыток обнаружить «половинку». Обычно старость наступает прежде, чем человек понимает «как надо было». Бессмертие решило бы эту проблему — прожитые тысячелетия кого угодно сделают мудрым и прозорливым. Юным, сильным и бесконечно мудрым.
Сделать стартовой
И в один момент самый слабый, а оттого самый неудовлетворённый и мыслящий, этот челове в поисках истины зашёл слишком далеко. Он позволил себе надломить то привычное понимание окружающего мира, которое раньше укладывалось в понимании большинства. Он осознал что, чтобы выжить и не умереть, есть только один путь.
Стать альфа-самцом и оставить как можно больше потомства, в своих детях оцы видели себя самих. За то это любили их пуще всего на свете, но в тоже время ещё и боялись. Боюялись тем самым затаёным страхов неизведанного. Отсюда, как полагают некоторые, если это конечно так, светские умы. Люди всегда были несчастными, оттого многие полагали себя ещё и ущербными. Впервые когда древней человек отведал мяса так, как ему мечталось в детстве он понимал только одну вещь. "Это чувство понимания ранее мне ещё никогда не было так чуждо. Мир вовсе не такой, каким я его видел сквозь череду своих дней".
Кто-то подумает, что с этого возможно зародилась религия, письменность и наука. Возможно и так, но уж во всяком случае не сразу. Вначале появилось слишком много желаний. Как только человек начал осозновать что это является хозяином своего мира, тем более дикими становились его пристрастия.
Теперь мысленно переместимся на 45 тысяч людей.
Уж наверняка к тому моменту, человек наконец поймёт что бессмертие таится в правде.
Когда человек живёт, не притворяясь и не страшась, только тогда обретёт он бессмертие. Мы живёт в оболочке этих заблуждений, в тесной клетке, которая сжимается всё сильнее. А под конец жизни это существование превращается в медленную и томительную пытку. Где надежда устапает место обреченности, где душа высобождается и