ФОРУМАРХИВРАСПРОСТРАНЕНИЕНОВОСТИRE:ДАКЦИЯRE:КЛАМОДАТЕЛЯМКОНТАКТЫ
 




Сделать стартовой
И еще...
Двенадцать стульев
В Санкт-Петербурге суды присяжных одного за другим оправдывают обвиняемых в убийствах детей и студентов-иностранцев. подробнее »
Кушать подано
Социологический факультет МГУ в огне скандала. Милиция забирает студентов подробнее »
Жить без него
«Re:Акция» провела исследование тонкой темы разрыва отношений и предлагает своим читателям десять заповедей для «жизни без него». подробнее »
Встретимся в XIX веке
Томные взгляды и откровенное кокетство с приглянувшимся незнакомым кавалером не порицаются. подробнее »
Конец смерти
С момента рождения каждый человек может быть абсолютно уверен только в одном: однажды он умрет. Это — единственная гарантия. И она неприятна. Поэтому главной мечтой человечества всегда было бессмертие. Самой отчаянной, самой безнадежной. С телом все обстоит сложно, но уж душа — кажется нам — точно должна быть вечной. подробнее »

Главная » Архив » Номер 24 » Туда – сюда – обратно: из сети – на бумагу. И наоборот
Туда – сюда – обратно: из сети – на бумагу. И наоборот
Номер: №24, "Text only"
(21 июля 2006 — 31 августа 2006)

Рубрика: Шестое чувство
Тема:
От: Владимир Березин


ИЗ СЕТИ — НА БУМАГУ. И НАОБОРОТ
Бумажный писатель был похож на пилота бомбардировщика, что не видит глаза своей жертвы. А в Сети контакт писателя с читателем похож на рукопашную: то ли обнимут, то ли задушат, но все равно близко.
От: Владимир Березин
 
Маятник застрял в бумаге
Вначале был причудливый мир, который назывался литературоцентричной страной. Литература в нем была даже главнее кино,  что бы ни говорил Ленин. Литература в России давно замещала философию, да и историю тоже, потому что всякий русский человек знает о войне 1812 года в основном из романа «Война и мир».
В СССР существовало даже Министерство литературы, которое называлось Союз писателей. Десятки тысяч членов, дома творчества, рестораны, не говоря уж об издательствах и газетах. Некоторые ушлые писатели утверждали, что им платили деньги за простой, если они болели гриппом — по бюллетеню, точно так же, как заболевшему инженеру или слесарю.
Маятник общественного интереса тогда прочно застрял на стороне Бумажных Книг. Но все стало медленно рушиться, потащили куда-то дыроколы и стулья, полетели бумаги и застучали печати по приватизационным документам.
Союза писателей уже не было, зато на развалинах проросли, как лопухи, три или четыре новых. Писатели поняли, что их профессия в «зоне рискованного земледелия» и никакого бюллетеня им никто не даст. Наиболее смышленые научились ловить гранты в мутной воде, другие ломанулись в детективы и любовную романистику. Ах, «Сперма на ноже», «Кровь на стволе» — с одной стороны. Ну и «он обнял ее всю», «его губы были везде».
Советский Союз кончился, компьютеры стремительно дешевели, и под многими уже хрюкали первые модемы. Модемы визжали и попискивали, подмигивали красными глазками — и вот килобайты потекли туда и сюда. Через некоторое время люди поняли, что в Сети можно передавать не только научные цифры и телеграммы, а еще и тексты. Понемногу сформировались цепочки альтернативных читателей и альтернативных писателей.
 
Зарождение жизни в бульоне
Наступила вторая фаза нашей истории. Напечатать бумажную книжку было все еще престижно, но в Сети начали вывешиваться тексты для свободного чтения.
Возникло множество сайтов, публикация на которых ничего не стоила. Если и раньше поэту было сложно напечатать сборник своих стихов, то сейчас это стало почти невозможно. Можно было напечататься, накопив в кубышке денег, но «книга напечатана за счет средств автора» — слишком унизительное клеймо в выходных данных.
В этой исторической фазе Сеть была плацдармом к Бумажной Литературе. Как в старом анекдоте — «а если хорошо будем прыгать с вышки, то нам еще и воды в бассейн нальют», — каждый сетевой литератор мечтал о Бумажной Публикации. Бумажная Книжка была как награда за правильное поведение, за внесенные в текст исправления, что нашли друзья по переписке, за смирение и подобострастие перед Писателями, Печатающимися на Бумаге.
Так продолжалось несколько лет.
Некоторые сетевые гуру дейст­вительно выпустили книжки — такие, например, как «Паутина» Мэри Шелли. Это довольно сумбурный «фантастический» роман для своих читателей, что родом из Сети. Автор этого текста еще много лет будет гордо указывать на свои предвидения, упомянутые на той или иной странице своего романа. Долго в Сети болтался и текст Баяна Ширянова об унылой жизни город­ских наркоманов. Чрезвычайно интересный автор Макс Фрай был известен не только своей сказочной прозой, но и остроумными сетевыми эссе. Один из интересных юмористов нынешнего времени, Дмитрий Горчев, стал широко известен именно благодаря Сети.
Понемногу подтянулись фантасты. У них было все, включая собственную сплоченную корпорацию. Самый известный сейчас писатель-фантаст Сергей Лукьяненко отнюдь не брезговал состязаться в Сети с молодыми и неизвестными на анонимных конкурсах.
Но и просто масса писателей-фантастов, хватких середняков, образующих вал книг с монстрами на обложке, пришла именно из Сети.
Пока в мире Бумажных Книг шли споры о Букеровской премии и Премии Аполлона Григорьева, в Сети возникло несколько сетевых конкурсов: ломались копья на конкурсе «Тенета», люди ссорились по поводу конкурса «Улов». И маятник общественного интереса медленно покинул зону Бумажных Книг и начал разгоняться на пути к среднему положению.
Но зазвенел звоночек, и рабочие сцены снова утащили ненужные декорации.
 
Читатель расседлал кенгуру
Эта фаза очень интересная, потому что в нее вмешались странные обстоятельства. Во-первых, выяснилось, что Россия вовсе не такая читающая страна, как все думали. По-видимому, в СССР много читали от некоторого безделья, возникшего в семидесятые годы, а теперь, когда надо стало потом и кровью добывать себе хлеб, времени на чтение стало меньше. Да и кино, вспомнив слова Ленина о том, что оно является главным из искусств, взяло свое.
Во-вторых, издатели смекнули, что Бумажная Книга — вещь дорогая, но спрос на нее падает. Ее мало напечатать, ее нужно еще впарить книготорговцу-оптовику, а тому — продать в правильные магазины.
Нет, «кровь на ноже» никуда не делась, и «она ощутила его напрягшееся естество» не пропало, но быть профессиональным писателем, если тебя зовут не Борис Акунин, а как-то иначе, стало неловко.
А жители Сети в ус не дули, они-то изначально где-то работали и не рассчитывали на приработок от букв. Они столярничали и плотничали (я знаю даже хорошего кузнеца), они сочиняли программы и лечили людей. Потом наступал вечер, и они садились за клавиатуру. Или же, когда шеф уезжал из конторы, эта офисная плесень пускалась во все свои графоманские тяжкие.
Внезапно оказалось, что их все чаще и чаще зовут в толстые литературные журналы, что их с охотой печатают на Бумаге. Да-да, у них стали выходить Бумажные Книги.
Правда, если раньше нормальным тиражом для книги крепкого профессионального писателя был тираж в 15 000, то теперь это был тираж в 5000, а то и 3000 — времена изменились, книг стало больше, и тиражи стали меньше. И тут сетевые жители с удивлением, смешанным с радостью, заметили, что счетчик посещений на их странице или на сайте перекрывает тираж Бумажной Книги в несколько раз.
Сетевики создавали фактически интерактивную литературу — им сразу начинали советовать, ругать, хвалить. Немаловажно, что текст в Сети был просто доступен, а текст, изданный за свой счет на бумаге, в провинции… В общем, его никто никогда не увидел. Что прочитает русский эмигрант, расседлав кенгуру и закинув ноги в ковбойских сапогах на стол: Бумажную Книгу, доставленную с Родины за много-много денег, или текст на сайте, куда бесплатно отправится одним кликом мыши? Ясно, что он сделает.
Маятник общественного интереса на половине сетевиков, двинется ли он обратно к Бумаге или еще дальше качнется в направлении электронных букв — неизвестно.
Декорации снова начинают меняться. Что за новая фаза литературы нас ждет, да и фамилий новых кумиров не знает никто.
Может, сетевой писатель победит всех, а Бумажные Книги останутся антикварам. И неизвестные пока писатели будут набирать электронные буквы, читатель — закачивать их в карманный компьютер, а на своем сайте писатель будет в обязательном порядке изображать клоуна и комментировать весь мир. Сейчас попытки напечатать сетевые дневники коммерческого успеха пока не имеют, но именно за личным жанром — будущее. А может, все писатели, наконец, превратятся в сценаристов — для телесериалов и компьютерных игр. Может, выйдет еще что-то третье.
Но, так или иначе, сетевой писатель стал сейчас равен такому же, но публикующемуся на Бумаге.
Дело только за денежным компонентом этой популярности.

Всего оценок: 4, средний балл: 2.5
» Комментарии

← Предыдущая статья Вернуться к содержанию Следующая статья →

Статьи рубрики:
» Действующая модель в масштабе: один на всех
» Ошибка на миллион
» Сердце Душа Вера в себя!
» Билл гейтс попрощался с microsoft: Второе цифровое десятилетие за «окнами»
» Мова против муви




Оставить комментарий:
Ник:
E-mail:
Введите код, который вы видите на картинке:



Поиск
Rambler's Top100 © "RE:АКЦИЯ". Свидетельство о регистрации ПИ № ФС77-19561 от 11.02.2005
При перепечатке материалов ссылка на reakcia.ru обязательна
Создание сайта - alsd.ru